Виктория Полушкина

Мирный Вихрь

«2000» УИКЕНД. 19.02.2004 N 8(209).

На следующей неделе, 25 февраля,  знаменитый разведчик Евгений Березняк, он же прототип героя Юлиана Семенова – майор Вихрь, отпразднует свой юбилей. Вернее не просто юбилей – впечатляющую дату – 90 лет.
О его заслуге в спасении оккупированного Кракова снято с десяток фильмов, написано еще больше книг и статей. Возможно, поэтому на интервью он согласился не сразу. «Поймите, мне это уже не интересно»,- искренне сказал Евгений Степанович по телефону. И попросил дать время подумать. А вечером с трудом удалось его уговорить всего лишь на 20-минутную встречу. Но, как ни странно, беседа затянулась на час…

О разведке

- Журналисты и писатели зачастую много фантазируют насчет этой профессии, - повествует мой собеседник. – А на самом деле разведчик – самый обычный человек, которому присущи все людские слабости: и страх, и отчаяние, и уныние. Слишком велика ответственность, а значит, и психологическая нагрузка. Чего стоит только смена имени и фамилии. В трудных обстоятельствах даже профи может растеряться и не откликнуться на чужие инициалы. И тогда – провал.
Поэтому в 41-м в разведшколе Подмосковья целых полгода среди прочих предметов нас обучали адаптации к новым именам. Основное правило – поверить, что тебя зовут иначе. Но удавалось это немногим.
Я же привык. В разведке меня окрестили Михайловым, в подполье – Голосом. Неизменным по моей просьбе оставалось лишь отчество. Атрибуты семьи вернули лишь после войны.
- Вы верно заметили: о разведчиках всегда слагают легенды. А какие они на самом деле?
- В книгах и фильмах часто допускаются домыслы. Возможно, несведущий их и не заметит. Чего не скажешь о профессионалах. Возьмем для примера ту же киноленту о майоре Вихре. Помните момент, когда он в сопровождении руководителя подполья заходит вечером в бар. Подождав, пока все разойдутся, угрожает пистолетом хозяину заведения и забирает деньги из кассы. И убегая, наталкивается на немецкий патруль.
Ситуация драматическая, захватывающая, хорошо смотрится в кино. Но нереальная. Разве мог руководитель разведки, да еще и с коллегой из подполья идти за деньгами? Они просто не имели права этого делать, так как обрекли бы на провал всю диверсионно-разведывательную группу и подполье в одночасье!
Или еще пример: в фильме показано, что Вихрь с помощником Алешей взяли в плен немца в день освобождения Кракова. Однако в то время он уже никого не интересовал.
В действительности вражеского майора мы захватили за месяц до наступления советских войск, чтобы он рассказал о характере оборонительных сооружений города. Ведь все эти данные позарез нужны были фронту.
Вот поэтому я бы рекомендовал писателям и сценаристам консультироваться иногда со специалистами.

  1. А что сохранилось от прежней, советской, разведки в нынешней?

- Военная разведка Украины еще совсем молодая. При союзе же она была с огромным стажем и опытом. Думаю, во время войны мы даже переигрывали противника. На нас работали немцы. Скажем, у меня был завербован руководитель абвер-группы 315. От него и получал ценнейшую информацию о войсках Германии.

О школе

Будучи молодым преподавателем в сельской школе, Евгений Степанович и помыслить не мог, что именно ему суждено переквалифицироваться, и совсем мирную, даже консервативную профессию временно сменить на  противоположно динамичную и опасную – разведчика. Ведь готовил себя совершенно к другому: к общению с детьми, а не пленными врагами.
Тем не менее, возвратясь с войны, он снова вернулся к педагогике, в которой уже 65 лет. Работал и директором школы, и начальником Львовского городского отдела народного образования, а также Главного управления школ при министерстве. Защитил кандидатскую диссертацию, написал пять монографий и более 100 научных статей. Стал заслуженным учителем Украины, почетным академиком Академии педнаук. Награжден медалями Ушинского, Крупской и Макаренко.
- Евгений Степанович, у вас такой опыт в педагогике, что пора написать еще что-нибудь о судьбе нашего образования. Изменилось-то в нем, наверняка, многое…
- В 1932 году я отправился в село работать учителем. Был жуткий голод – в месяц каждому выдавали лишь по шесть килограммов кукурузной муки. Но дети все равно ходили на учебу. И знаете, вели себя настолько благородно и мужественно, что я искренне полюбил школу. Сегодня же у ребят, к огромному сожалению, нет такого доблестного желания учиться.
- Какие недостатки у нынешнего образования?
- В первую очередь неправильный подход к подбору кадров. Зачастую назначают на руководящие должности абсолютно несведущих людей.
Кроме того, в 1992 году Верховная Рада допустила серьезную ошибку – снизила планку обучения. То есть если до этого момента обязательной была десятилетка, то после него утвердили лишь восьмилетку. И уровень подготовки наших школьников пополз вниз. А ведь Украина, как свидетельствуют данные ЮНЕСКО, занимала пятое место по развитию всеобщего образования в Европе! Через 2 – 3 года мы  очутились на одном из последних.
Чуть позже депутаты опомнились и вернули школам обязательное полное среднее образование. Но за это время у нас все равно появились малограмотные.
Сейчас вводится двенадцатилетка. В принципе я «за». Однако уверен, что не стоило ее внедрять сразу во всех школах страны. Сперва нужно было поэкспериментировать. Да и более тщательно к ней подготовиться: разработать программы, подобрать учителей, найти необходимые средства.

О личном.
- Профессия разведчика оставляет след – о личном никто никогда с вами не говорил. И все-таки: какова роль родных в вашей жизни?
- Тем, что я немало живу на белом свете, в значительной мере обязан семье. Она меня всегда поддерживала, дарила тепло и радость. У меня трое детей: дочь от первого брака и два сына – от второго. А еще – четверо внуков.
Иное дело, что с юности мне приходилось самому прокладывать дорогу, поскольку уже в четырнадцать лет остался без матери – она умерла совсем молодой, как и моя старшая сестра. Порой мне даже кажется, что часть своих лучших непрожитых лет они передали мне. Потому и удалось дожить до девяноста ( голос Евгения Степановича задрожал, и на глазах заблестели слезы).
- Извините, видимо задела за живое…
- Не обращайте внимания. Просто для меня это действительно тяжелая тема. А вообще я, наверное, счастливый: дети устроены неплохо, очень помогают.
- И друзей, очевидно, у вас много…
- …было. Но уже почти никого не осталось в живых. Если еще десять лет назад они меня встречали в Кракове, то сегодня – лишь их дети и внуки.
Правда, слава богу, еще жив один друг, почти ровесник, полковник Александр Святогоров. В прошлом – руководитель диверсионно-разведывательной группы по линии госбезопасности. Он старше меня, но не намного, - на три месяца. В шутку я его называю старым дедом (улыбается).

О жизни

-  Если бы вам подарили возможность начать все с нуля, что бы оставили в судьбе, а что изменили?
-  Я согласен пройти всю жизнь заново. Но с поправками. Уже сейчас, обретя опыт и мудрость, считаю: человек, принимая какое-то решение, обязан очень серьезно думать и пытаться предусмотреть исход. В разведке существует риск – оправданный и неоправданный. У меня был и первый, и второй. Но сегодня я бы попытался последнего не допускать.
- Вы заметили, что своим долгожительством обязаны родным. Но все же, очевидно, многое зависело и от вас…
- Скорее – от труда. Только в восемьдесят пять лет ушел на пенсию. Да и то формально. Нынче я внештатный консультант комитета по образованию ВР, член Совета ветеранов столицы, как почетный солдат Академии вооруженных сил систематически выступаю перед студентами, много пишу, несмотря на проблемы со зрением.
- У вас есть мечта?
- Вчера мне позвонил знакомый учитель и сказал: девяносто не круглая дата и возраст пусть вас не смущает. Еще надо дожить до 100. И дал ориентир – во Львове живет композитор, которому 101 год. Так он и на улицу выходит, и принимает 100 грамм, и на девчат заглядывается.
Конечно, и мне бы хотелось пожить еще хотя бы с десяток лет. Но если честно, даже мечтать об этом боюсь – здоровье и самочувствие не те. Поэтому искренне мечтаю, чтобы мои внуки жили лучше меня, в нашем обществе было меньше несправедливости и государство заняло достойное место в мире..