Неля Холодная

ЕВГЕНИЙ БЕРЕЗНЯК:

ЮЛИАН СЕМЕНОВ ПРОШЕЛСЯ ПО ВСЕМ МОИМ ЯВКАМ

«Экспресс газета». N 50(567)

В Киеве живет легендарный разведчик, реальный прототип советского резидента в культовом телесериале «Майор Вихрь»

Евгений Степанович Березняк в свой 91 год стариком не выглядит: у него напрочь отсутствует верный спутник старости – склероз, его памяти может позавидовать любой тридцатилетний. Самая большая проблема «Вихря» - он катастрофически теряет зрение из-за отслоения сетчатки глаза: почти не помогла даже суперсложная операция, сделанная Герою Украины в Уфе в прошлом году.

В оперативной разведке выживает один из четырех

         - Люди, далекие от разведки, просматривая фильмы о разведчиках, тот же «Мертвый сезон», «Подвиг разведчика», «Ошибка резидента» и другие, представляют себе людей этой профессии как эффектных трюкачей, то и дело рискующих своей жизнью, -  начал свой рассказ Евгений Степанович. – На самом же деле разведчик – это обычный человек, просто обладающий колоссальной выдержкой. Кроме того, разведчик должен полностью «срастись» со своей легендой. В ту минуту, когда я сдавал документы лейтенанту из разведштаба фронта, я перестал быть Евгением Березняком. Родился Голос,  а для своих – капитан Михайлов.

- Евгений Степанович, как вы стали военным разведчиком?
- Моей деятельности в разведке предшествовало два года подполья в Днепропетровске. Я работал в немецкой фирме «Украйнель», которая поставляла вермахту на восточный фронт бензин, керосин, машинное масло. Деньги были неплохие, и жилье дали. Но тут сыграл свою роль его величество Случай: я  познакомился с сотрудниками разведки Третьего Украинского фронта, которые и предложили мне ехать в Москву. Работая в подполье, я своими глазами видел, как немцы расстреливали десятилетних детишек в селе Юрьевка за то,  что они носили партизанам хлеб, был свидетелем того, как фрицы расстреляли сто ни в чем не повинных людей на заводе за то, что один рабочий дал пощечину немецкому офицеру. В разведшколе проучился шесть месяцев и был назначен на Первый Украинский фронт. Я отдавал себе отчет, что в десантно-оперативной разведке выживает один из четырех.

Разведчику очень нужна тренированная память

Записывать ничего нельзя – все нужно держать в голове! Встретился с нужным человеком – мгновенно «запиши на подкорку» его цвет волос, глаз, покрой костюма, узел на галстуке. Еще нужно уметь «читать» город по карте, запоминать с ходу сотни названий незнакомых улиц, адреса, пароли. А меня природа, увы, не наградила отличной памятью. Тогда мой преподаватель, Василий Степанович, объяснил мне, что память разведчика – отнюдь не дар божий, ее нужно развивать, тренировать, как спортсмены тренируют тело. И получилось – развил! Если бы не это, то операция на краковском рынке Тандетта, шикарно воспроизведенная в фильме «Майор Вихрь», провалилась бы в пух и прах.

- Если можно, подробнее расскажите об этом эпизоде вашей жизни.
- Сразу после выброски в Польше я попал в лапы гестаповцев. Гестаповские тюрьмы – это хорошо организованная фабрика пыток для выколачивания признаний. Там не только били, заламывали руки и ноги до хруста в костях, но и подвешивали в спецблоке с помощью различных хитроумных устройств, избивали резиновой палкой, сплошь унизанной остроконечными металлическими гайками, наждачными кольцами сдирали с узников кожу с мясом.

Гестаповцы умели пытать

- Была там и спецкамера-одиночка для особо стойких, где держали несколько дрессированных злющих псов: чуть человек пошевелит рукой или ногой – собаки кидаются на него и рвут на куски. Я придумал план побега, правда, стопроцентной гарантии он не давал – я мог тогда погибнуть. Я в синем костюме, выданном гестаповцами, ходил по рынку, продавал часы, ждал (по легенде), когда ко мне подойдет наш резидент. И во время перестрелки в центре рынка, под всеобщий шум мне удалось бежать и скрыться в узких улочках Кракова.

- Фильм «Майор Вихрь» по сценарию Юлиана Семенова отвечает исторической достоверности или там много вымысла?
- В принципе, там много реального: и как майор Вихрь попал в гестапо, и как бежал на рынке Тандетта, провал радиостанции, вербовка абверовца Гартмана… Правда, мой псевдоним был не «Вихрь» а «Голос». Консультантом этого фильма был генерал Виноградов – мой непосредственный фронтовой начальник. О деятельности моей группы он знал больше, чем я. В архиве Генерального штаба Советской Армии хранится досье с грифом «ГОЛОС».Хранить вечно. Уничтожению не подлежит», которое прочитал Юлиан Семенов.

Почетный гражданин Киева

- Представьте себе – я ознакомился с собственным досье через два года после писателя, в 1967 году. Юлиан Семенов побывал на всех моих явках в Кракове, ознакомился с радиоквартирой, поговорил с польскими друзьями. Но со мной лично он не общался – только по телефону и письменно. Он мотивировал это тем, что не хочет окончательно свести фильм к документальному. Есть в фильме и не очень удачные авторские придумки: мы пленили майора Курта Пеккеля за три недели до освобождения Кракова. Нам нужно было знать об укреплениях, минировании города… А в фильме майор Вихрь пленил этого инженера в день освобождения Кракова. Зачем он тогда нужен?

- Евгений Степанович, что вас связывает с Киевом?
- Очень многое – здесь прошла практически вся моя  послевоенная жизнь. Я в Киеве живу с 1954 года, здесь я женился на своей Катерине – расписывались на Печерске, на тогдашней улице Миллионной, здесь у меня родился сын, внуки. Я даже имею диплом почетного гражданина Киева. Обо мне были сняты документальны фильмы, в том числе – «Я – «Голос», был героем передачи Оксаны Марченко «Имена».